Сегодня мы открываем в нашем журнале новый интерактивный проект. Устроен он очень просто, но у него есть своя предыстория.
Несколько лет подряд американский писатель Пол Остер вел на радиоканале NPR передачу, в которой зачитывал короткие истории, присланные ему слушателями. Истории должны были быть правдивыми и небольшими, но никаких ограничений по тематике и стилю не предполагалось.
Остера больше всего интересовало, чтобы истории показывали, чего мы ждем от этого мира, раскрывали странные и неизвестные силы, которые изменяют нашу жизнь, историю наших семей, наше сознание и тело, нашу, одним словом, душу. Остер надеялся, что, в конце концов, на основе этих историй он сможет составить своеобразный Музей Американской Реальности.
Read more…

Собственно, никакой такой реальности не существует. Есть лишь любовь и множественные переломы сердца. Все остальное – пластилин, принимающий форму в зависимости от рукопожатий.

Помню, в детстве я ползал по полу и рулил машинками. Только я знал, кто сидит в моей машинке, куда и зачем едет. Солдатики и пистолетики были всего лишь поводом, не вполне удачным средством, чтобы творить геройско-партизанский мир.
Read more…

Ночная серенада

Для маскировки нужна собака. Без собаки получится едва ли. Человек, прогуливающийся в ночи без собаки – тем более прогуливающийся неторопливо – вызывает подозрения.

А вызывать подозрения дискомфортно. Удовольствие не то. Поэтому для маскировки нужна собака. Выходить из дома лучше около одиннадцати – именно в это время город начинает погружаться в полусонное состояние: расслабляется, распускается, открывает окна в ночь. В это время город отдыхает от жизни.

Выходите из подъезда – а вам навстречу сосед-алкоголик бредет, пошатываясь. Но с сияющим лицом.
- Свежо-то как! – говорит.
Днём бы вы прошли мимо, не заметив толком соседа, а тут останавливаетесь.
- Да, – соглашаетесь, – хорошо.
- Небо, – говорит, – высокое. Дышится легко.
Стоите с соседом, дышите. Легко.
По ночам воплощаются мотивы, заглушённые энергичными дневными ритмами. Что-то про нежность и грусть. Очень человечное, тёплое. Алкоголик – а сосед же. И дышится легко. Read more…